Младенец родился нам… в семье… поклонение

 

И снова я очень рад приветствовать тебя, мой дорогой друг, чтобы нам вместе продолжить наше путешествие длиною в вечность! Ведь это для нас уже может и не быть секретом, что наша Вечная Жизнь уже началась, и мы говорим здесь именно о ней, потому что только это и имеет смысл! Всё, что мы из себя представляем, и что нас окружает, приобретает своё подлинное значение только в свете Вечности. А мы и хотим говорить и думать только о том, что имеет подлинное значение. Зачем нам отдаваться пустоте, не так ли? И вот, как было упомянуто в конце наших последних размышлений(см), сегодня (чтобы нам затем двигаться дальше), мы попробуем прикоснуться к такой суть фундаментальной особенности нашего сердца как – потребности в поклонении. Ф.М. Достоевский в своё время подметил, что каждый человек всю жизнь, по сути, ищет, кому бы ему поклониться. И если немного призадуматься, то мы увидим, что и сегодня ничего не изменилось. В чём выражается эта потребность? Наверное, мы не ошибёмся, если скажем, что каждый человек нуждается в некой опоре для покоя своего сердца. И не находя опоры в самом себе, он очень часто неосознанно ищет её вне себя. И, действительно, каждый человек сам по себе – пуст. И каждый, так или иначе, пытается уйти от этой пугающей пустоты к чему-то или кому-то, что, как ему кажется, этой пустоты не имеет. И неважно как я могу относиться к такому понятию как «вера», но так или иначе, я именно и ищу то, нечто достойное, во что бы я мог поверить и отдаться этому. То есть, по сути, — поклониться этому и обрести внутреннее равновесие, согласие с самим собой, внутренний покой…, если не навсегда, то, по крайней мере, на какое-то время. Это может быть вера в свою родину, в своё государство, в президента, в свой народ, в человека, в высшую идею, в коммунизм, в философию, в своё призвание, в своё дело, в свою семью, в преемственность поколений, в самого себя, в деньги, в «как все живут, так и я», просто в жизнь… и многое другое, и, «наконец», — вера в Бога. Мы здесь не говорим о временных увлечениях и развлечениях, которыми может быть полна наша жизнь. Речь идёт о значительно более глубокой потребности нашего сердца – о вере в нечто, что, по мнению человека, является достойным фундаментом всей его жизни, и позволяет, в контексте этого достойного, или, другим языком, – в причастии к этому достойному, понимать и ощущать и своё собственное достоинство. Посвящая этому свою жизнь, человек может уже не чувствовать себя пустым. Главное – он нашёл чему или кому он может отдать себя, и…, что удивительно, при этом он обретает и некую внутреннюю устойчивость, полноту внутри себя, он как бы нашёл самого себя, нашёл свой смысл жизни и примирился с самим собой! То есть, дорогой мой друг,  в этой цепочке наших рассуждений мы снова пришли… да, да, именно – к Любви! И если мы будем всегда честны перед самими собой, то всегда будем приходить к Любви. Потому что именно Она является Альфой и Омегой этого мира, и именно из Её рук вышел этот мир – из рук Любви! И мы с вами – есть дети Любви! И наше счастье заключается в умножении этого счастья вокруг нас! И чем полнее мы отдадимся этому, тем счастливее будем сами! И здесь мы прикоснулись к сути подлинного поклонения, которую теперь можно было бы сформулировать более точно: подлинное поклонение – это потребность каждого человеческого сердца до конца отдать себя Вечной Любви. Это есть суть бесконечного сближения двух сердец: человеческого и Божественного. И это есть суть Жизни Вечной.  Но как мы уже знаем, что порядка 6000 лет назад, одно сердце изменило другому. И это было сердце человеческое(см).  Мы все изначально напоены духом – противоположным Духу Любви. Духом эгоизма – всякой нечистоты и смерти. И, в таком случае, если быть более приближёнными к нашей действительности, когда человек находит нечто достойное во чтобы он смог верить и чему посвятить свою жизнь, то точнее было бы сказать, что это позволяет ему не «ощутить своё достоинство», а «утвердить своё достоинство». И здесь есть очень существенная разница. Мы можем вспомнить, что тот, кто стал ложью и отцом лжи в своём причастии к Вечной Любви не сохранил беззаветную преданность Ей, но посвятил себя именно тому, что стал утверждать своё собственное достоинство. «От красоты твоей возгордилось сердце твоё, от тщеславия твоего ты погубил мудрость твою» (Иез 28:17). И процесс этот закончился тем, что он окончательно «забыл», что это именно Высшая Вечная Любовь наполняла его сердце и давала ему вкушать Свои Божественные плоды, и отнюдь не Она ему была всем обязана... Произошёл разрыв… но  Любовь при этом не потеряла Своей высоты, и осталась всё той же непревзойдённой Любовью, а он потерял всё, и в самом центре его личности образовалась зияющая пустота – «держава смерти»,  и, как мы уже говорили, это превратилось в его страшную тайну (см), которая затем, к великой нашей трагедии, стала царствовать и в человеческих сердцах, «которые от страха смерти через всю жизнь… подвержены рабству» (Евр 2:14,15).

И на этом всё могло бы и закончиться – безвозвратно упасть в бездну небытия…, но, мы уже знаем, что только не с Любовью!(см) Поэтому – мы ещё живы… или, точнее было бы сказать, что мы всю свою, так называемую «жизнь», только познаем то, что Жизнь всё-таки есть! А, если нам уже известна Жертва, принесённая Вечной Любовью(см), то при наличии смелости смотреть на эту Жертву прямо, мы уже никак не можем не видеть и эту единственную Вечную Жизнь:

«Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел Жизнь Вечную» (Ин 3:16).

Ключевое слово в этом никогда не превзойденном Божественном Откровении, думаю, ни у кого не вызовет возражений. Это слово – «возлюбил». И в этом – всё для нас! И к этому чуть ниже, я думаю, что мы ещё вернёмся более основательно. Сейчас же, предлагаю обратиться к  мысли, тоже вытекающей из этого откровения, и тоже неоценимой для нас: через Свою Великую Жертву Любовь смогла остаться с падшими Адамом и Евой, и, соответственно, со всеми сынами человеческими, не взирая на то, что, соприкасаясь с нами, Она всякий раз в какой-то степени вновь переносит эту боль Своей Жертвы, потому что в осквернённом эгоизмом сердце, Она становится… нечистой! Но Любовь не может быть нечистой! Это – невозможно  для Неё, и для Неё это – бесконечная мука, в своё время выразившаяся в  скорбном вопле: «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мф 27:46). Любое человеческое сердце – не более чем могила для Любви. Но чтобы это сердце могло продолжать биться, ему нужна Жизнь, исходящая от Любви, Которой мы все «живём и движемся и существуем» (Деян 17:28). А являть в нём эту Свою Жизнь для Любви возможно исключительно только – через Свою смерть, через Своё постоянное и непрерывное умирание! Она должна отдать человеку Себя не для Жизни в нём, но для его «жизни» вне Её самой, —  для его пребывания в царстве эгоизма, лжи и смерти! То есть человек реально находится во власти смерти, но Любовь не даёт ему в полноте вкусить эту власть, потому что Сама добровольно постоянно покоряется этой власти и постоянно умирает вместо человека! По Своей чистоте Она непрестанно вверяет Себя людям, чтобы те, как получается, в свою очередь, смогли поступать с Ней по своему произволу, то есть – как бы они этого хотели. И вся суть этого хотения – дыхания той смерти, у которой каждый из нас находится в полной власти, является нам тогда, когда мы смотрим на истекающую кровью, разорванную, задыхающуюся и отверженную Любовь на проклятом кресте – кресте вечной смерти… «Ибо не знавшего греха, Бог ради нас сделал грехом» (2Кор 5:21).

Увы, подавляющее большинство людей так жили и так и живут сейчас на этой земле — в них постоянно умирает Любовь, чтобы поддерживать их дыхание жизни. Какие-то Её проблески они иногда ощущают в своём сердце… но может наступить такой момент, когда Она умрёт в них навсегда…, потому что эгоизм станет их окончательным пристанищем. Но есть, и всегда были такие, которые, однажды увидев бесподобную Божию Любовь на кресте, уже никогда не могли отвести своего взгляда от Неё и тем более забыть про Неё! Они умирали с Ней сами, чтобы только Любовь могла Жить и Царствовать в их сердцах… Ибо уже

«мы, живые, непрестанно предаемся на смерть ради Иисуса (Любви), чтобы и Жизнь Иисусова (Любви) открылась в смертной плоти нашей» (2Кор 4:11).

Дорогой мой друг, может быть, ты обратил внимание, что в наших рассуждениях очень часто используется такое необыкновенное имя как – Любовь, тогда как, вероятно, обычные Божии имена, такие как Бог, Господь, Иисус… звучали бы более соответствующе. Однако соответствующе чему?.. Какой человек может действительно жаждать всё большего и большего сближения с Господом? Думаю, все мы согласимся, что, конечно же, тот, кто действительно любит Бога. Тот, в чьём сердце живёт неподдельная Божия Любовь! Вспомним, каким образом апостол Иоанн смог прикоснуться к самому-самому острию благочестивой Жизни, к самому её Источнику, из Которого она только и может произрастать и наполняться своими неповторимыми ароматами:

«И мы познали Любовь, которую имеет к нам Бог, и уверовали в Неё. Бог есть Любовь, и пребывающий в Любви пребывает в Боге, и Бог в нём.

Любовь до того совершенства достигает в нас, что мы имеем дерзновение в день суда, потому что поступаем в мире сём, как Он» (1Ин 4:16,17).

Я позволил себе здесь написать слово Любовь с большой буквы и думаю, что это не будет искажением этой превосходной и суть фундаментальной истины. Именно Любовь есть то единственное, что подлинно сближает меня с Богом и позволяет мне полностью слиться с Ним и Жить с Ним. Именно об этом молился Иисус в Своей прощальной пасхальной встрече со Своими учениками: «любите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга», «Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в нас едино… И славу, которую Ты дал Мне, Я дал им: да будут едино, как Мы едино, и да познает мир, что Ты послал Меня и возлюбил их, как возлюбил Меня… хочу, чтобы там, где Я, и они были со Мною… Любовь, которою Ты возлюбил Меня, в них будет, и Я в них» (Ин 13:34; 17:21-26).

Мы не можем не видеть, дорогой читатель, что из всех приведённых слов вдохновенного Писания следует, что Любовь – это то, единственное, что подлинно приобщает нас к Божеству, делает причастниками Его Сердца, и подлинными обладателями Его нетленной Жизни. И что во время Своего пребывания с сынами человеческими в плоти, Отец и Сын желали только одного – чтобы «мы познали Любовь, которую имеет к нам Бог». Потому что только через это Они смогли бы разделить с нами ту нетленную Вечную Жизнь, в которой мог бы раскрыться весь потенциал Их Божественного Сердца и непрестанно реализовываться вся Их непревзойдённая благость! «Дабы явить в грядущих веках преизобильное богатство благодати Своей в благости к нам» (Еф 2:7). Без единения в Любви эта Вечная Жизнь была бы абсолютно невозможной. Потому что Божественность – это всегда то совершенство, в котором во всю вечность не сможет обнаружиться ни одной даже самой ничтожнейшей погрешности. И чтобы обрести эту Божественность, нужно абсолютно слиться с Ней во всей своей личности, что возможно только в Любви, и только в Ней может в каждом сердце во всей полноте раскрыться Божественный мир – мир вечной радости. И именно вечная радость являет востребованность вечной Жизни и есть Её неотъемлемая часть, о чём, если угодно будет Богу, мы поговорим отдельно. А сейчас, думаю, что будет очень важным обратить наше внимание на одну очень важную мысль, касающуюся главной темы наших сегодняшних размышлений – темы поклонения.

И для того, чтобы попытаться сформулировать и раскрыть эту мысль, хотелось бы обратиться к одному вопросу, касающемуся непосредственно тайн Сердца Божьего. Можно подумать, что, это крайне самонадеянно…, однако, именно Сам Господь проложил нам этот путь. Будучи «сущим в недре Отчем» и «сшедшим с небес», Он сказал нам: «Я есмь путь» (Ин 1:18; 3:13; 14:6). И ещё Сам пригласил каждого: «Придите ко Мне, все труждающиеся и обременённые, и Я успокою вас» (Мф 11:28). Если я именно и есть «труждающийся и обременённый», то, каким самым эффективным способом Господь может меня успокоить, как не раскрыть мне Своё Сердце, Сердце моего Отца? Именно только в Нём я могу обрести действительный покой: «Сия же есть жизнь вечная, да знают Тебя, единого истинного Бога, и посланного Тобою Иисуса Христа» (Ин 17:3). И вот сам вопрос, который хотелось бы предложить, звучит так: «Исходя из Ин 3:16: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного…», будет ли правильным сделать вывод, что Отец возлюбил мир более чем Своего Единородного Сына, поэтому и послал Его принести такую жертву?». Утвердительный ответ здесь является достаточно распространенным. И в доказательство истинности его, можно привести ещё и слова Иисуса: «Потому любит Меня Отец, что Я отдаю жизнь Мою («жертвую жизнью Своею» – совр. пер.), чтобы опять принять её» (Ин 10:17). Однако я предлагаю, немного более углубиться в этот вопрос, и, думаю, что это будет оправдано. И сразу же здесь можно вспомнить и другие слова Иисуса, которые мы уже сегодня приводили: «да познает мир, что Ты послал Меня и возлюбил их, как возлюбил Меня… да любовь, которою Ты возлюбил Меня, в них будет, и Я в них» (Ин 17:23,26). И из них мы видим, что Отеческая любовь к Своему Сыну, по крайней мере, никак не меньше, чем к возлюбленным ученикам, и что она пребывала в Сердце Отца ещё от самых начал, мы можем увидеть из слов: «И ныне прославь Меня Ты, Отче, у Тебя Самого славою, которую Я имел у Тебя прежде бытия мира» (Ин 17:5). Также очень уместно будет упомянуть и об Аврааме, который «наречён другом Божиим» и «отцом всех верующих» (Иак 2:23; Рим 4:11). Кого можно назвать своим другом? Ну, по крайней мере, того, кто более других понимает тебя. Почему Авраам понимал Бога более других? Потому что в своей жизни он очень глубоко пережил саму суть жертвы Отца: «возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, и… принеси его во всесожжение» (Быт 22:2). Мы можем предполагать, насколько был дорог Аврааму его единственный любимый сын, рождение которого он ждал сто лет! А в тот самый потрясающий момент ему уже было под сто двадцать лет! В нём было всё его сердце...! Подобно и у нашего Небесного Отца в Его Сыне было всё Его сердце...! И в этом два отца были особенно близки! Конечно, здесь как раз, может быть, и можно было возразить, что любовь Авраама к Богу всё-таки превосходила его любовь к сыну, так же как и любовь Отца к нам всё-таки превосходила Его любовь к Своему Сыну, поэтому Он и послал Его в мир…

Но, дорогой друг, не режут ли нам слух эти слова: Отец посылает Своего Сына на столь тяжкие страдания, потому что любит Его менее тех, кого Он желает спасти? Можно ли это вообще как-то соотнести с Божией Любовью?.. Думаю, что ответ очевиден… Напротив – Отец только и смог согласиться на жертву именно Своего Сына, потому что Он был, Тот, Единственный, Кто в совершенстве знал Его Любовь, потому что всю вечность Он испытывал Её на Себе, всю вечность Он пребывал в Её лоне. И именно потеря ощущения этой Любви в момент самых глубочайших страданий, вырвало из груди Сына Божьего самый горестный вопль во всю историю бытия: «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?»…  Иисус есть Первенец наш. Первенец во всём! И в первую очередь – в Отчей Любви! Наш Отец не может любить нас больше, чем любит Своего Первенца. Именно в Нём Он и заложил всю Свою Любовь к нам! Совершенство не может быть ещё совершеннее. И «ученик не выше учителя» (Мф 10:24)... Однако чтобы быть до конца последовательными, нам всё-таки нужно признать, что в Сердце Отца присутствовало нечто, которое настолько превосходило даже Его такую Любовь к Своему Сыну, что побудило Его решиться на столь мучительную для Него Жертву. Что это за «нечто», дорогой мой друг?.. И вновь мы не сможем найти никакого другого ответа во всю вечность, кроме одного единственного, что этим  «нечто» является… – Любовь! Да, да… именно опять – Любовь! и только Она! Кто-то может поторопиться и дополнить, что это – Любовь к нам. Да нет, дорогой друг, это Любовь не к нам, и даже не к Сыну…, это просто – Любовь! И тут мы подошли очень близко к тому, чтобы уже обнаружить некоторую «тайну» Божественного Сердца. Но перед этим нам необходимо обратить внимание ещё на одну немаловажную мысль. В самом начале нашего знакомства, при наших первых размышлениях о Любви(см), мы пришли к очень ценному и неизбежному выводу, что Господь Бог, если возжелал сотворить нас по Своему образу, и что особенно важно – и Своему подобию, то Он не мог потенциально не вложить в наши души и в наши сердца всё то, чем было наполнено и Его Собственное Сердце, или если точнее – не поделиться с нами тем, что в Его Сердце являлось суть самым главным. Без этого Его образ и подобие в нас было бы не полным, и просто – невозможным… Любовь так не может.  Сам акт творения – это глубочайший акт Любви! За всем этим стояла Сама Любовь и мы были рождены в Любви. И если вернуться к началу наших сегодняшних размышлений и посмотреть на нашу потребность выражать своё сердце в поклонении немного с другой стороны, то можно обнаружить насколько, всё же глубокий и всеохватывающий смысл заложен в этом. Может быть это совсем не открытие, однако, несомненно, будет очень важным, если мы проникнемся пониманием, что сама эта потребность в поклонении никогда не могла появиться в нашем сердце, если её прежде не было бы в Сердце Божием.  То есть в Самом Сердце нашего предвечного Отца есть эта потребность в поклонении! Но какая потребность в поклонении может пребывать в «недре Отчем»? И разве может такое быть в принципе? Однако всё-таки я предлагаю немного поразмышлять над этим...

 

Мы знаем, что написанным выражением Сердца Божьего для нас в какой-то степени является Его Закон. Почему в «какой-то степени», потому что закон Божий – это прежде всего откровение Божие лично сердцу. А когда такое откровение приходит, то мы можем воскликнуть вместе с Давидом: «Я видел предел всякого совершенства, но Твоя заповедь безмерно обширна» (Пс 118:96)! Но при этом каждое слово в писаном Законе Божием – это непосредственно перст Божий, оно абсолютно и неизменяемо. «Истинно говорю вам: доколе не прейдёт небо и земля, ни одна йота или ни одна черта не прейдёт из закона» (Мф 5:18). Поэтому давайте заглянем в Него и обратим наше внимание на один момент. Во второй заповеди, в которой Господь предупреждает меня, чтобы я не делал «себе кумира и никакого изображения…», Он использует слово «не поклоняйся им». Но далее, в этой же заповеди, когда речь идет уже об отношении к Нему, мы уже не читаем «творящий милость до тысячи родов поклоняющимся Мне», но «творящий милость до тысячи родов любящим Меня» (Исх 20:4-6). То есть Господь Бог не может противопоставлять Себя нашим бездушным «куклам», и тем более проводить какую-либо аналогию с ними, но Он открывает нам единственно возможные с Ним отношения, отношения в которых становится возможным бесконечный путь вверх – отношения Любви и в Любви: «любящим Меня». Сколько сразу же здесь появляется жизни, нежности, тепла и свободы! И свобода эта есть суть возможность – бесконечного посвящения себя Господу, ничем не ограниченного дара себя Ему и каждому члену Его Семьи в Нём!

То есть в самом Своем Законе Господь превозносит Любовь как единственное то, что может принять Его Сердце, потому что только в Любви возможна Божественная высота отношений, ничем не ограниченное развитие этих отношений, и ничем не ограниченное сближение и единение сердец. И мы уже приводили выше слова Сына Божьего, сказанные Им ученикам непосредственно перед Своей тяжкой смертью, в которых Он заповедывает им любить друг друга как Он их возлюбил, и в Своей ходатайственной молитве Он возносит сердечную волю, думаю, что не ошибусь, если скажу – всего Божества: «Да будут все едино, как Ты Отче во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в нас едино» (Ин 17:21). Единение предвечного Отца со Своим Сыном – абсолютно. И диавол целился разрушить именно это единение, пытаясь всячески спровоцировать во Христе Его Самость. Но, вечная слава Богу, ему это не удалось! и почему — чуть ниже...  О таком же единении нас с Богом молился и Иисус, ибо только так возможна вечная Жизнь, Которая может раскрыться единственно – в Его Божественном Теле. Тело же Его – это мы, дети Его, дети Любви, Церковь Его, «которая есть Тело Его, полнота Наполняющего всё во всём» (Еф 1:23). И только Любовь с Её Вечной Божественной Сутью может являться колыбелью для такого Божественного единения сердец! «Из Сына Божия все Тело, составляемое и совокупляемое посредством всяких взаимно скрепляющих связей, при действии в свою меру каждого члена, получает приращение для созидания Самого Себя в Любви» (Еф 4:16). И это созидание будет продолжаться всю Вечность! И Любовь уже никогда не будет умирать в жестких эгоистичных сердцах, но будет свободно обогащать всякие отношения всё новыми и новыми оттенками вечной радости! «Он ввёл меня в дом пира, и знамя Его над головою – Любовь», «и радость вечная будет над головою их» (ПП 2:4; Ис 35:10). То есть из слов Закона Божьего: «любящим Меня» следует, что Любовь должна стать самым драгоценным достоянием моего сердца, я должен обладать Ею. А что значит обладать Любовью, мы уже достаточно разобрали в прошлых наших размышлениях(см), сейчас же напомню только одним предложением: «полностью, самозабвенно отдавать себя той Любви, Которая живёт у тебя в сердце… и есть – обладать Любовью и пребывать в Её высочайшем наслаждении». А что же можно сделать для того, чтобы Она начала жить в моём сердце? А надо просто вспомнить, что Она уже во мне есть, потому что я Ей живу, надо «только» увидеть Её, восхититься Ею, полюбить Её и… перестать убивать Её… «Полностью» и «самозабвенно» — это прерогатива Любви, и это особо было явлено в великой Жертве! Никто так «полностью» и «самозабвенно» не мог предать себя в руки Отца, как это сделал Его Сын: «Отче! в руки Твои предаю дух Мой» (Лк 23:46)! Дело в том, что во всей этой крестной трагедии Сын должен был согласиться, чтобы Отец отвергнул Его как нечистого, как мерзость, как крайнюю гнусность…, как воплощение всякого зла, накопленного в сердцах человеческих. Сам Сын назвал суть этого всего, с чем должно было отождествиться Его Сердце: «Ибо извнутрь, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, злоба, коварство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство» (Мк 7:21,22). И за несколько часов до распятия, и особенно на самом кресте, Сын предстал перед Отцом тем, на кого Он уже просто не мог смотреть, и вынужден был отвернуться от Него… По отношению к Отцу Сын стал преступником… Отец потерял Сына, а Сын потерял Отца… Это была измена Отчей Любви, и отвержение Сыновней Любви! Она умирала вместе с Ними… Но! дорогой мой друг, одновременно это был абсолютный акт верности и торжества Высшей Любви! Любви, в Которой стираются все грани отношений, нет понятия «разумных» пределов и границ… Но у Которой есть только тот, к кому Она должна прийти! И Она обязательно придёт, потому что это – Её Высший Закон! И в этом Она нетленна! И именно Она держит в Своих Великих Руках вечное единство Отца и Сына, и это Она победила «имеющего державу смерти»! Ведь, не смотря на то, что Люцифер и был ближе всех к сердцу этой Любви (почему он и дерзнул так спекулировать Ею!), однако и ему не могла прийти на сердце (тогда ещё непорочное и святое) такая беспредельность этой Божией Любви! Такая Её высота, и такая Её бездна, чтобы совершить такую Жертву! Бог – это суть бесконечная Жертва в бесконечной Любви. Поэтому и Люцифер был обречён на поражение, ведь каким бы великим и могущественным он не был, но он всё равно оставался ограниченным и бесконечно малым в сравнении с Высшей Вечной Любовью! И вот именно эта Высшая Любовь и была тем «нечто» в сердце Отца, что побудило Его, превозмогая всю боль Отцовской Любви, согласиться на эту крайне мучительную Жертву Своего Сына; и именно это «нечто» побудило и Сына пойти на такую крайне мучительную Жертву Отца, и смертную разлуку с Ним! То есть всё Божество может страдать буквально до смерти, но при этом не переступить даже на «йоту» Вечный Закон Любви. И в этом Бог един, вечен, неизменен, верен, истинен и жертвенен! В этом – Бог есть Любовь!  То есть, дорогой мой друг, в Самом Божественном Сердце: Сердце Отца и Сына и Святого Духа присутствует преклонение перед Вечной Любовью, Которая и является главной Его сутью! Всё Божество до конца посвящено Этой Любви. И всё Божество склоняется в Этой Любви!  Это есть высший и полный Путь Любви, незыблемый Авторитет и Высший принцип вселенной! Вечная гарантия Жизни и Божественной Отрады всех сердец! «Как роса Ермонская» (Пс 132:3). Это есть то, чем никогда не может пожертвовать Вечно Любящий Бог, глубочайшим сокровищем и «тайной» Его Сердца!  И нет ничего выше и прекраснее этой Любви! И именно этот Свой Корень Он вложил и в человеческое сердце, ту потребность в преклонении и поклонении, которая творит Божие подобие в нём. Это та Вечная Великая Связь сердец, Которая всё обращает воедино! Когда Сын Божий склонился, чтобы омыть грязные ноги Своих учеников, то написано, что Он «возлюбив Своих сущих в мире, до конца возлюбил их» (Ин 13:1). Он преклонился перед учениками во всей полноте благоговения перед этой Высшей Любовью. Сердце Его рвалось от желания, чтобы эта Прекрасная Любовь воцарилась также и в сердцах Его возлюбленных. Он хотел, чтобы все вошли в Тело этой Любви, и когда Пётр воскликнул: «не умоешь ног моих вовек», это причинило Ему глубокую боль. Никто из учеников не понимал, и, дорогой друг, возможно и мы сегодня не понимаем, что склонившись тогда над этими грязными ногами, Сын Божий видел не эти ноги, а Вечную Нетленную Непревзойдённую Любовь. И для Него было не унижением, но великим преимуществом прославить эту Любовь! «Я прославил Тебя на земле» (17:4). Он пребывал в недре этой Любви. Он знал, что это Сама Любовь хочет склониться в Нём и омыть эти загрязнённые не ноги, но сердца, и нет большей награды, чем склониться вместе с Ней! Люцифер, в своё время,  видел только Отчую Любовь к Своему Сыну и позавидовал. Он захотел превознесённого положения Сына, и, утратив суть поклонения Любви и в Любви, стал требовать поклонения самому себе. И мы уже знаем, чем это всё закончилось…(см) Сын же Божий «не почитал хищением быть равным Богу; но уничижил Себя Самого, приняв образ раба… смирил Себя, быв послушным даже до смерти, и смерти крестной. Посему и Бог превознёс Его и дал Ему имя выше всякого имени» (Флп 2:6-9). Он «вместо предлежавшей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия» (Евр 12:2). «Всякий, возвышающий сам себя, унижен будет» (Лк 14:11). Этот род поклонения, кроме всего прочего, получил своё начало в Люцифере и очень глубоко укоренился в человеческом сердце. Это поклонение – вне Вечной и Высшей Божией Любви, вся сила Которой  эгоизмом направляется – на себя. И в этом – корень всякого идолопоклонства, и всей трагедии человечества. С тех пор существуют два вида поклонения. Люцифер посчитал, что главное в Боге то, что Он есть Творец, и что это – главное, почему Ему все обязаны поклоняться. И поэтому он все свои силы направляет и направит на то, чтобы, полностью закрыв человеческие сердца от познания сути Истины – Самого Божьего Сердца – Высшей Любви и Высшей Жертвенности, с помощью грубой физической силы, знамений и чудес… объявить себя творцом всего сущего! Это есть его высшая цель, и, к великой трагедии, она будет иметь большой отклик в помутневших от эгоизма человеческих сердцах. «И поклонятся ему все живущие на земле» (Отк 13:8)!.. Но, дорогой мой возлюбленный друг, высочайшая благая весть – кроме тех, «которых имена написаны в книге Жизни у Агнца, закланного от создания мира» или «прежде вековых времён» (Отк 13:8; «Тим 1:9). То есть кроме тех, кто лично на своём сердце прочувствовал глубину этой Бесконечной Прощающей Жертвенной Вечной Любви! Из Которой всё, и в Которую всё! И Которой всё стоит и «живёт и движется и существует» (Деян 17:28)! И эти «те», которые познают, что их Отец никогда не требовал от них поклонения как Имеющему Державу всякой власти, именно потому, что Он их исполненный Любви Отец. И что в Его Сердце Царствует вечное Евангелие, заключающееся в четырёх словах: «Не Я, но Любовь!» И всё это – Бог – есть Любовь! И эти «те», есть суть – Его благословенные дети, в сердцах которых будет навеки запечатлено это же вечное Евангелие: «не я, но Отец; не я, но Агнец закланный; не я, но Святой Дух», и… «не я, но – Любовь»! И когда Его дети слышат призыв поклониться «Сотворившему небо, и землю, и море, и источники вод» (Отк 14:7), то они чувствуют в своём сердце глубочайшую потребность бесконечно склониться перед этой Непостижимой Вечной Любовью!

Вот почему, дорогой мой друг, мы находим в Библии такие слова:

«Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а Любви не имею, то я – медь звенящая или кимвал звучащий.

Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею Любви, – то я ничто.

И если я раздам всё имение моё и отдам тело моё на сожжение, а Любви не имею, нет мне в том никакой пользы» (1Кор 13:1-3).

И вот, почему Христос, Агнец закланный, назвал всего лишь один признак, открывающий – чьё я дитя:

«И по причине умножения беззакония, во многих охладеет Любовь;

Претерпевший же до конца спасётся» (Мф 24:12,13).

Дорогой мой друг, познание этой Высшей Божией Любви, — это когда Божий Голос начинает звучать в твоей душе, и для тебя не существует уже более высшей награды, чем следовать «за Агнцем, куда бы Он ни пошёл» (Отк 14:4). Твоё сердце уже поёт «новую песнь», которой «никто не мог научиться» (Отк 14:3). И ты, мой друг, конечно уже различаешь в своём сердце эти необыкновенные волшебные звуки Вечной Любви!

 

И находясь в этом сказочном Свете, мы ненадолго остановимся, чтобы ещё более насладиться Им…

С искренней Любовью и до скорой встречи!

 

Обновлено: 06.05.2020 — 15:09

2 комментария

Оставить комментарий
  1. Благодарю.......

    Как всегда, словно, с Папочкой поговорила. А Он так доступно всё объясняет. Хотелось бы жирным шрифтом выделить фразу «Отец никогда не требовал от них поклонения». Не требовал!!! И не требует!!! Он только до сих пор ждёт ответной Любви...

    1. И я благодарю... Очень рад за отклик в Вашем сердце!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

© 2018 | Оставляя комментарий на сайте или используя форму обратной связи, вы соглашаетесь с правилами обработки персональных данных.